Председатель профкома медуниверситета им. Н.И.Пирогова в суде пытался добиться восстановления на рабочем месте

Автор:

Источник: www.solidarnost.org

Территория: Москва

6 февраля 2014 года состоялось заседание суда, на котором председатель профкома медуниверситета им. Н.И. Пирогова И.Сирко пытался добиться восстановления на рабочем месте. Ответчик-университет не смог представить никаких доказательств того, что у него были основания уволить И.Сирко. Более того, представительница университета прямо сказала, что предпрофкома уволили за наличие своего мнения.

6 февраля состоялось заседание суда, на котором председатель профкома медуниверситета им. Н.И. Пирогова Игорь Сирко пытался добиться восстановления на рабочем месте. Ответчик-университет не смог представить никаких доказательств того, что у него были основания уволить Сирко. Более того, представительница университета прямо сказала, что предпрофкома уволили за наличие своего мнения. В январе этого года “Солидарность” (№ 3, 2014) уже рассказывала об увольнении Игоря Сирко, председателя профкома Российского национального исследовательского медицинского университета им. Н.И. Пирогова (обычно называемого по старинке “2-й мед”). Напомним, что председатель профкома выражал сомнение в законности избрания нынешнего ректора РНИМУ Андрея Камкина на безальтернативных выборах и даже обращался по этому поводу в суд. Затем неожиданно появилась кляуза, в которой расписывались все пороки главных лиц вуза, подписанная якобы Сирко, а на самом деле - какой-то закорючкой. И за якобы написание этой кляузы с рассылкой во всевозможные инстанции администрация и уволила председателя профкома (занимавшего должность доцента кафедры физики) с формулировкой “совершение работником, выполняющим воспитательные функции, аморального поступка, несовместимого с продолжением данной работы”. Более того, хотя Сирко остается председателем профкома, его не пускают в вуз. Оригинала нет. Конечно же, Игорь Сирко обратился в суд и пытается доказать, что его увольнение было незаконным. 6 февраля в Гагаринском районном суде Москвы состоялось заседание, где и рассматривался иск Сирко к университету им. Пирогова. Интересы ответчика представляла его юрист. Несмотря на то, что это заседание было не первым, она так и не смогла предъявить оригинал “подметного письма”. Возникла перепалка: заседание специально было отложено, чтобы ответчик представил документ, авторство которого приписывается Сирко и из-за которого он был уволен. Юрист лишь разводила руками: документа нет. Есть только ксерокопия. - Вы хотите сказать, что уволили человека на основании ксерокопии? - мрачно поинтересовалась судья у представительницы интересов “2-го меда”. - Да, - ответила юрист. Последовал длинный рассказ юриста РНИМУ о том, что письмо поступило по почте, что было оно изначально в виде ксерокопии, что письмо “без конверта” (как такое может быть? - П.С.). И в том, что отправил письмо в ректорат не кто иной, как сам Сирко, администрация университета не сомневается. Как такие выводы были сделаны, если не было даже конверта, - непонятно. - А Сирко отрицает, что написал письмо, - сказал один из двух юристов, представляющих интересы председателя профкома. - Ммм... Он отрицает, а мы не отрицаем! Мы утверждаем, что его написал Сирко, - заявила представительница ответчика. - А как вы докажете, что его написал Сирко? - допытывался представитель истца. - А пусть он сам докажет, что он направлял другое письмо! - таков был ответ вузовского юриста. Судья поинтересовалась, почему на письме нет пометок об учете корреспонденции, ведь в вузе должно вестись делопроизводство. Ответа не было. Иметь свое мнение - аморально. Стало понятно, что установить факт существования оригинала этого письма, как и авторство письма - невозможно. Между тем судья стала интересоваться процедурой увольнения. Проводилось ли учебным заведением расследование относительно письма? Брались ли объяснительные? На эти вопросы следовал ответ “нет”. - Так в чем же аморальность поступка Сирко? - пыталась понять судья. - Письмо стало последней каплей. Сирко во время выборов заводил разговор о том, что выборы ректора незаконные. Им велись ненужные разговоры. - Аморальность-то в чем? Каким моральным нормам это противоречит? - Ну... Четкого определения аморальности нет. Допускал негативные реплики в адрес руководства. - То есть работодатель сделал вывод об аморальности на основании того, что Сирко высказал свое субъективное мнение? - Ммм... Да. - У вас в обоснование приказа на увольнение написано: “...письмо, направленное в адрес компетентных органов”, с их перечислением. Является ли это правом гражданина, по вашему мнению? Обращаться в инстанции? - допытывалась судья. Ответом было молчание. Быть свидетелем происходящего и не засмеяться оказалось весьма сложно - не каждый день представитель работодателя откровенно признает, что считает недопустимым для работника даже думать “не по уставу”. Но на этих признаниях представительницы “2-го меда” заседание не закончилось. В обоснование “аморальности” личности Сирко дама принесла два заявления от “членов профсоюза” и даже зачитала отрывки. Суть этих бумаг: Сирко не раз говорил, что к нему обращаются члены профсоюза с жалобами на то, что им не дают высказаться на заседаниях ректората, а на самом деле дают высказаться всем желающим! По словам представительницы института, эти заявления подтверждают аморальность поведения Сирко как работника учебного заведения и председателя первички. - Если есть претензии к человеку не как к работнику, а как к председателю профкома, это может быть основанием для обращения в выборный орган или для переизбрания председателя, - заметила судья. - Над этим уже ведется работа, - сосредоточенно ответила вузовский юрист, очевидно, не понимая даже, в чем именно призналась. Вскрытие корреспонденции? В довершение картины представительница интересов университета передала суду ответы на то злосчастное письмо - от президента, премьер-министра и Следственного комитета. - Если бы это письмо написал мой доверитель, ответы пришли бы ему, - заявил юрист истца. - Игорь Владимирович, у вас есть эти ответы? - обратился он к истцу. - Нет, у меня нет этих ответов, - ответил Сирко. - А почему тогда ответы пришли не на адрес Сирко, а на адрес ректората? - задал юрист вопрос уже стороне ответчика. Представительница “2-го меда” рассказала очередную неправдоподобную историю - о том, что письма пришли на адрес вуза, а почему - неизвестно. - В письме, авторство которого отрицает мой доверитель, тем не менее в качестве адресата указан именно он, - продолжил юрист истца. - Значит, и ответы приходили на его имя. На каком основании университет вскрывает частную переписку, адресованную Сирко? Тем более - от Следственного комитета, президента и премьер-министра? Мы настаиваем на представлении в суд конвертов этих писем, потому что во вскрытии частной корреспонденции видим самостоятельный состав преступления! На лице представительницы вуза отобразилась умственная работа. А у меня, наблюдателя, возникло отчетливое ощущение, что конверты от этих писем не найдутся никогда. Впрочем, суд отложил рассмотрение дела на месяц, дав задание ответчику представить конверты, а прокурору - попытаться обнаружить оригинал спорной кляузы в тех ведомствах, куда она была послана. Кстати, небезынтересным было замечание судьи о том, что на ее участке сейчас очень много исков о восстановлении на работе, причем исков именно от работников университета им. Пирогова.